Его творчество называют сенсацией мировой литературы. По его книгам снято 4 художественных фильма. Произведения Мюссо переведены на 31 язык мира. Общий тираж его романов перевалил за 5 миллионов экземпляров.

– Господин Мюссо, как вы переживаете свою невероятную популярность? Она вас вдохновляет или, напротив, раздражает, тяготит,  быть может, к чему-то обязывает?

– Всякий раз после выхода моей новой книги я испытываю  смешанные чувства – одновременно это и восторг, и беспокойство.  Дело в том, что я обладаю огромной привилегией поддерживать обратную связь с моими читателями, получаю от них очень много писем и чувствую, как с каждым новым романом растет их ожидание, которое я не могу обмануть. Ведь, прежде всего, я пишу для них и знаю, что большая часть моего успеха – в близости с читателями. Поэтому я с большим нетерпением жду встречи с ними, чтобы рассказать им новую историю, поделиться своими чувствами, раздумьями, сомнениями... Что касается самого момента выхода в свет моей очередной книги, то всякий раз я испытываю настоящий шок. Мне кажется, те же ощущения переживает артист, когда он впервые выходит на сцену к публике и слышит за спиной магическое: «Занавес!».

– Будучи уже известным писателем, вы параллельно умудрялись преподавать экономику в международном лицее. Вам по-прежнему удается совмещать писательский труд и преподавательскую работу?

– По окончании обучения передо мной встала дилемма: уйти в предпринимательство или заняться преподавательской деятельностью. Я долго колебался между тем и другим и в результате решил стать преподавателем экономики. Эта профессия меня привлекла тем, что она исключает рутину, как и любое другое занятие, связанное с  «человеческим фактором». Параллельно этой работе, которая занимала большую часть моего времени, я еще каждый день пытался писать. Дня, как правило, не хватало, поэтому приходилось писать поздно вечером, а часто и ночью (хотя я наиболее «продуктивен» по утрам). Когда пришел настоящий успех, мне стало сложно совмещать эти две ипостаси. И вот уже два года,  как все свое свободное время я всецело посвящаю писательской работе.

–  Писатели обычно не пускают посторонних в свою творческую лабораторию.  Сделайте исключение, господин Мюссо, расскажите, как происходит у вас сам творческий процесс? Как вам пишется – легко, или вы скрупулезно шлифуете каждую фразу? Какие отношения складываются у вас с героями ваших произведений? Что вас, наконец, вдохновляет?

– Меньше всего мне хотелось бы применять какой-то готовый рецепт. Это не работает и, кроме того, лишает удовольствия писать. Скорее, я пытаюсь рассказать «откровенную» историю, то есть, историю, которая отвечает моим чувствам, тому внутреннему состоянию, которое  я испытываю в этот момент. Часто случается так, что меня начинает преследовать какой-то навязчивый образ. Постепенно он заполняет мой разум, и через какое-то время я вдруг понимаю, что у меня есть сюжет.

– Может быть, это и есть то особое состояние, которое принято именовать вдохновением?

– Знаете, я практически не верю в какое-то сильное вдохновение, которое должно снизойти, и никогда не жду его, чтобы начать работу. Скорее, наоборот, оно приходит уже тогда, когда я начинаю писать. Чаще всего проходит несколько месяцев, прежде чем я буквально кожей почувствую структуру новой книги. Мне важно знать, куда я иду, даже если я не всегда знаю, каким путем. В то же время я много работаю над персонажами, детально оттачиваю биографию каждого, чтобы знать их в совершенстве. Даже если три четверти всех этих сведений не будут использованы в книге, это необходимое условие того, чтобы герои выглядели правдивыми. Затем, уже после редакции, если все проходит хорошо, персонажи начинают жить своей собственной жизнью в соответствии  с той линией, которую я выстроил для каждого из них. С этого момента ситуация меняется и порой становится непредсказуемой, совсем не такой, какой она предполагалась в самом начале. Для писателя это самый волнительный момент, когда созданные вами  персонажи вдруг пытаются обойтись без вас и даже навязывают вам что-то свое.

«Мои истории – гимн жизни!»

– Сюжеты большинства ваших романов разворачиваются в Америке. Вас настолько впечатлило и обогатило путешествие в эту страну, случившееся на заре туманной юности? Американский образ жизни, американская культура – вам, европейцу, все это близко?

– Это правда, что работа моего воображения связана, прежде всего, с Соединенными Штатами. Оно более активно именно в американском декоре – по разным сложным внутренним причинам Я хорошо знаком с Нью-Йорком, где проработал не один месяц, когда мне было 19 лет. Мой отъезд был такой… небольшой авантюрой. Оказавшись на месте, я устроился продавцом мороженого. Мне приходилось работать по 70-80 часов в неделю. Условия были достаточно тяжелые,  однако это не помешало мне по-настоящему влюбиться  в Манхэттен. И до сей поры, возвращаясь туда, я каждый раз испытываю  тот же восторг.

– Вас только Нью-Йорк поразил?

– Не только. Еще Сан-Франциско – тоже особенный город, более схожий с европейскими, чем с американскими городами. В нем до сих пор сохраняется дух толерантности шестидесятых годов и какое-то спокойствие и умиротворение, которые не встретишь нигде больше. Неудивительно, что американцы назвали Сан-Франциско «everybody’s favorite city” (всеми любимый город).  Мне нравится его мягкий климат, искренность его обитателей, но, более всего, мечта о свободе, в целом присущая Калифорнии. Что касается культуры, меня восхищают мэтры американских триллеров. Я также с удовольствием смотрю американские сериалы, в которых часто встречаются современные повествования, сжатые сюжеты, которые придумывают самые вдохновленные авторы.

Правда, в моем последнем романе интрига завязывается в Париже…

– Надеюсь, столицу своей родной страны вы любите не меньше Нью-Йорка и Сан-Франциско?

– О, я обожаю Париж! Особенно берег Сены, город букинистов, музей д’Орсей, маленькие пешеходные улочки возле парка Монсури… Когда в два часа ночи ты прогуливаешься по набережной Сены, Париж невольно заставляет тебя думать, что ты действительно живешь в самом красивом городе мира!

– Кто из современных писателей близок вам по духу? Есть такие, кто оказал на вас влияние как на литератора? Быть может, вдохновил вас?

– Должен признаться, что книги я люблю больше, чем их авторов. Если говорить о классике, это, пожалуй, «Господская красавица» Альберта Коэна, «Гусар на крыше» Жана Жионо и «Пятно» Филиппа Рота. Что касается современных писателей, имевших на меня влияние, – это авторы американских триллеров (Людлум, Фоллетт, Гришам). Очень интересен Стивен Кинг, которого одни считают гением, другие – сумасшедшим. Я ценю его умение вносить в обыденную жизнь что-то сверхъестественное, увлечь читателя  в свой параллельный мир. Вообще, личность Кинга не вписывается в обычные рамки. Из французских писателей  я бы выделил таких, как Эдмон Поньон и Рене Баржавель, – популярных авторов, которых критика, на мой взгляд, не всегда оценивает по достоинству.

Другой не менее значимый источник вдохновения для меня – это кино. Конечно, книгу нельзя сравнивать с фильмами, хотя, читая некоторые главы, понимаешь, что они вполне могут претендовать на визуальное облачение. Очень ценю фильмы Альфреда Хичкока и известные классические американские комедии Билли Вилдера («Семь лет размышлений»,  «Гарсоньер»), Эрнеста Любича («Магазин за углом»). Среди фильмов наиболее известных – «Шестое чувство», «Молчание ягнят», «Спящие», трилогия «Голубой», «Белый», «Красный» Кристофа Кисловски. Мое поколение, кстати, знакомилось с фильмами, когда еще были видеомагнитофоны. Эти фильмы я открывал для себя не в больших кинотеатрах, а на маленьком телеэкране, когда есть возможность посмотреть понравившуюся сцену несколько раз, иначе говоря, разобрать ее по частям, так легче познать технику и замысел фильма. Я уверен, что все это сказалось на моей манере писать.

 – Ваши романы действительно отличаются редкой кинематографичностью, это отмечают многие читатели…

– И не только они. По четырем из моих книг уже сняты фильмы. Кино всегда было одним из главных источников моего вдохновения, поэтому естественно, что «конструкция» моих книг во многом кинематографична. Не сложно заметить, что по своей структуре они очень сжаты и напряжение сохраняется на протяжении всей истории. Следовать принципам и этапам написания сценария – в этом есть что-то захватывающее. Образцом для меня являются качественные англо-саксонские телесериалы: «На шести ногах», «Потерянный», «Sopranos», “MI5”. В действительности замысел во всех его формах играет очень важную роль в моей жизни. Прежде всего, он, конечно, питает мое воображение романиста, а, кроме того, является источником удовольствия и защиты от «настоящей жизни», которая порой может казаться безнадежной. Анаис Нин хорошо обрисовала это чувство словами: «Я думаю, что пишут, чтобы построить мир, в котором можно жить».

– А что делать, если ты не можешь построить свой мир, где тебе спокойно и комфортно, и жизнь кажется безнадежной?

– В том-то и дело, что вопреки всему надо продолжать жить. Даже если весь мир против вас, нужно продолжать жить.

– Господин Мюссо, ваши произведений зачастую замешаны на теме смерти. Вы фаталист или верите, что человек при большом желании способен переиначить свою судьбу?

– Что меня действительно интересует, так это то, как возникают отношения между людьми и как наши действия влияют на других. Любовь, хрупкость жизни, капризы судьбы – это основные темы, которые меня волнуют. Мои истории не являются фатальными, вызывающими чувство боли. Напротив, они есть гимн жизни. Пока смерть нас избегает, мы – единственные актеры нашего существования и нам предстоит посвятить нашу жизнь на Земле тому, чтобы сделать ее лучше. Мне очень нравится мысль о том, что ничто не заканчивается и что, возможно, мы являемся продолжением чего-то. Значит, у нас есть шанс, сыграв новую партию,  добиться того, чего по разным причинам не удалось раньше.

– К зрелому возрасту у человека, как правило, формируется иерархия ценностей. Какое место в вашей иерархии занимает любовь, о которой вы так проникновенно пишете?

– Я даже не представляю, как можно написать книгу без истории любви. Потому что именно любовь или ее недостаток управляют нашим поведением и в целом  правят современным миром. Вспоминается формула Кристина Бобине: «Именно любовь – причина наших страданий, даже если мы думаем, что не страдаем вовсе». И поэтому я ненавижу слащавость и всякие там «медовые  уста». Я чувствую любовь иначе и нахожу для нее другие слова.

– Браво, господин Мюссо!

Наша справка

Гийом Мюссо родился в 1974 году в городке Антибы (департамент Приморские Альпы).
Встреча с большой литературой произошла, когда ему было десять лет. С этого времени Гийом твердо решил, что хочет писать романы.
В 19 лет Гийом Мюссо на несколько месяцев уехал в Соединенные Штаты, где открыл для себя Нью-Йорк. Во Францию из США он вернулся с кучей идей для новых романов. Получив экономическое образование, Г. Мюссо стал преподавателем.

В 2004 году Гийом Мюссо отправляет рукопись романа «После» в издательство XO. Бернар Фиксо приходит в восторг от удивительной атмосферы, которую сумел создать в своей книге молодой писатель. Роман «После» был продан тиражом более 1 миллиона экземпляров и переведен на 20 языков.
Признание, которое получили у читателей романы «После», «Спаси меня», «Ты будешь там?», «Потому что я тебя люблю»,  «Я вернусь за тобой», сделало Мюссо одним из самых популярных французских авторов.

Его долгожданное произведение «Ты будешь там?» произвело фурор в мировой литературе. Книга рассказывает о незаурядном специалисте в области хирургии, который не может смириться с утратой любимой женщины. Тридцать лет он вспоминает о той, которую никогда не вернешь. Книга Гиймо Мюссо содержит глубокий искренний и захватывающий сюжет. «Ты будешь там?» - книга, которую хочется прочесть в один присест, она завораживает и пробуждает чувства.

 Принять участие в конкурсе «Знакомьтесь: Гийом Мюссо»