Экономическая наука учит нас, что деньги, в сущности, такой же товар, как и все прочие, разве что более универсальный. Должно быть, так, и в подтверждение тому можно заметить, что, как и в случае с прочими товарами, отношение к той или иной валюте формируется не только на основе экспертных оценок, но и на основе традиционных пристрастий, репутации, которая зачастую довольно инерционна.

Всем известны случаи - не будем называть конкретных торговых марок, а то еще засудят, - когда чрезвычайно актуальными оказываются слова поэта "как свет давно умерших звезд доходит". Слава некогда могучего бренда может годами поддерживать уже совершенно откровенную халтуру. И наоборот - новой торговой марке, хотя бы и с превосходными потребительскими качествами, бывает очень трудно отвоевать себе место на рынке. Потребитель консервативен и предпочитает привычные бренды.

Другое дело, что инерция сильна, но не вечна.

В какой-то момент происходит переход количества в качество, и тогда исхалтурившийся бренд расплачивается по полной программе. Ему ставятся в счет и реальные грехи, и надуманные дурные ожидания. То есть инерция обращается в другую сторону. Вместо прежней инерции снисхождения является новая инерция осуждения, и преодолеть ее очень непросто. Вылететь с рынка сложнее, чем кажется, но уж зато и вернуть прежние позиции вдвойне проблематичнее.

Судя по недавним социологическим опросам, нечто подобное происходит с отношением граждан к тройке валют - рублю, доллару и евро. Согласно данным Фонда "Общественное мнение" сегодня рубль вызывает доверие у 61% граждан, что есть цифра очень высокая и с учетом тяжкой кредитной истории даже неожиданная. Ведь с августа 1914 года, когда был прекращен размен кредитных билетов на золото, и вплоть до конца XX века (августовский дефолт 1998 года) история рубля - это история бесчисленных страданий, испытанных его держателями. При том что где-то с 1999 года, то есть уже более восьми лет, рубль больше ничего непотребного не вытворял, доверие к национальной валюте достигло приемлемого уровня только сейчас. Сила инерции. Хотя, повторимся, с учетом давней и скорбной истории и восемь лет - весьма небольшой срок.

Что касается доллара, то, похоже, по мнению граждан, его скорбная история только начинается. За шесть лет уровень доверия к нему как к предпочтительной валюте съехал с 35 до 3%. Здесь явно сработал эффект инерции. Сперва положительной - как минимум полвека с лишним доллар пользовался репутацией если не абсолютно надежной и несокрушимой валюты, то что-то вроде того. При таком положении вещей не слишком аккуратное обращение американских монетарных властей с долларом долго сходило им с рук. Долго, но не бесконечно, и теперь, похоже, доллар вошел в фазу отрицательной инерции. При том что есть слишком много факторов, удерживающих американские деньги от превращения в фантики (хотя бы потому, что это никому не нужно), при том что эксперты склонны считать нынешние пляски доллара явлением преходящим, в сознании рядовых граждан скорее господствует принцип "умерла так умерла". Вовсе не обязательно верный, заметим.

Наконец, евро - типичный пример бренда-новичка, которому, несмотря на вполне пристойные качества, приходится долго и нудно отвоевывать себе место под солнцем. За шесть лет евро не позволял себе ничего непристойного и только креп, однако почтение к нему росло весьма медленно - с 11% в 2002 году до 27% в нынешнем. Любители армейских аналогий могли бы рассуждать про доллар-дедушку и салагу евро.

Будущее, как всегда, в тумане, однако при гадании на кофейной гуще полезно учитывать еще и данные соцопросов. Инерционное отношение к валютам имеет немалую силу.